Знакомый зазывает в секту

Как не попасть в секту Qnet - То, чем живу

знакомый зазывает в секту

Как я сходил в секту. В секту легко попасть и очень трудно уйти. . Был у меня один знакомый по имени Леша: страшный разгильдяй, пофигист и бабник. И всяких зазывал, как ваш коллега, посылать нахрен. Как я была в секте 4 Дорогие мои подписчики,вот мы и подошли к завершению нам, что бы не думали ходить на их тренинги, если те будут их зазывать. Но то, как быстро ваш близкий уйдет из секты и в каком состоянии один специалист-психолог, сведущий в сектоведении, знакомый с.

Я понимаю, говорит, что это не секта, но почему-то ведет он себя как сектант. И мы объяснили ей, что наблюдение верное, только выводы неправильные, потому что коммерческий культ — та же самая тоталитарная секта, только без религиозного учения. Религиозное учение в сектах не является обязательным признаком.

Если человек какое-то время пробыл в секте, последствия для психики никуда не денутся. Чем раньше человек выйдет из секты, тем меньше этих последствий. Это все очень индивидуально, зависит от того, какой человек попал, насколько он внушаем, в какой секте был, от самой секты зависит и еще от многих других обстоятельств жизни.

Но у одних эти последствия проходят быстро, у других остаются в течение долгого времени, у кого-то не проходят вообще. Повторим, что все это — очень индивидуально. Они такие же сектанты и, как правило, среди вербовщиков очень много новичков, которые только-только попали в секту и их тут же выставляют заниматься вербовкой, например, на улице или в интернете. Потому что лучший способ убедить человека в чем-то — заставить, чтобы он убеждал в этом. Убеждая других, он себя отождествляет с сектой и чем дальше, тем больше сам себя убеждает в ее правоте.

знакомый зазывает в секту

Особенно, если он сталкивается с достаточно негативным отношением окружающих, это еще больше его убеждает в сектантской истине, в секте ему говорят, что, мол, только у нас есть настоящая любовь, мы по-настоящему хорошо относимся друг ко другу, а эти люди — растленные, продажные, извращенцы, ты ради них кладешь свою жизнь, ты им несешь самую главную истину для их спасения и как они тебя встречают, сам теперь посуди, где она истина.

Каким образом секты продолжают жить дальше? Подавляющее большинство тоталитарных сект не переживают своего лидера. Секты, которые существуют второе поколение, в меньшинстве. Я знаю только две секты, которые существуют несколько поколений. Дэвиду Мискевиджу, нынешнему главе сайентологии, удалось в борьбе, возникшей в секте после смерти Хаббарда, доказать, что он является его единственным законным преемником, душеприказчиком, продолжателем, самым верным учеником и так далее.

И на этом основании секта существует.

Умный в секту не пойдет...

Продолжится ли она после смерти Мискевиджа, я сомневаюсь. Ему пока что около 50, так что у них еще есть лет Что касается секты мунитов, организация начала разваливаться еще при жизни Муна, его дети стали грызться за наследство. Было трое оставшихся в живых его сыновей, между которыми он разделил наследство, но сейчас всех троих отстранили и к власти в секте пришел его бывший слуга-гардеробный. Насколько он там удержится, пока непонятно. У мунитов и сейчас полный развал, но пока что жива вдова лидера.

После ее смерти мне кажется, развалится все окончательно. Мы знаем много таких случаев. Дальше либо бывшие сектанты адаптируются к нормальной жизни и социализируются, либо на обломках секты возникают другие секты из высокопоставленных сектантов, которые начинают видоизменять секту и создают собственные организации. Многие, потоптавшись немножко и не найдя себе место в жизни, оказываются в других сектах.

Пошаговая схема попадания в секты (А.Л. Дворкин)

Каждая секта стремится к абсолютной власти, поэтому других они очень не любят. Правда, пока они чувствуют себя слабыми, они могут сотрудничать, но это только так, на внешнем уровне. Если одна секта забирает больше силы и власти и ощущает себя на другом уровне, она тут же отказывается от других и всячески их топит.

Можно вспомнить историю ленинской партии большевиков: Они проходят специальное обучение или обладают высокой способностью внушать? Когда вербовщиков обучают разным приемам, они даже не знают, что это специальные приемы. Им просто говорят, делай так и так, и этого вполне достаточно. Нужно учитывать, что наше поведение определяет наше мышление.

Если заставить человека вести себя определенным образом, очень скоро его мышление подстраивается под это поведение.

знакомый зазывает в секту

Если заставить человека вести себя как сектанта, он будет вести себя как сектант. Главное, опять же человек более внушаем, когда он переживает стресс. Значит нужно создать такую ситуацию, когда все пребывание в секте — это постоянный стресс.

Стресс — это когда некогда остановиться, некогда задуматься, круговерть давления, комплекс внушаемой вины, неумеренные похвалы или чрезвычайно жестокие наказания, групповое давление, определенная диета, сокращенное количество сна и.

Это все достаточно простые вещи, но если они применяются в комплексе в системе, то это дает достаточно серьезные результаты. За счет чего это происходит? И человек со средними способностями вполне может овладеть этим нехитрым мастерством. Достижению нужного состояния помогает определённая музыка с определенными частотами, чтобы человека разогреть, бесконечное хождение по сцене в белой рубашке — эффект маятника, мягкий вкрадчивый тон голоса проповедника, который сменяется резким выкриком, это множественные повторения одних и тех же слов, работа с залом, когда люди должны по команде вставать, обниматься, раскачиваться еще что-то.

Это быстро дает результат. Но нельзя манипулировать сознанием человека, если человек не позволяет им манипулировать. Все люди, которые приходят на эти собрания, знают, что катания по полу и падание на пол — это высшее проявление религиозной жизни, тогда на них нисходит Святой Дух.

Они к этому стремятся. Если к этому стремиться и хотеть, эти приемы быстро подействуют. Я ходил на много разных неопятидесятнических собраний, и на меня это не действовало, потому что я знаю, что происходит. В любой европейской стране, где как-то налажено противодействие сектам, все начиналось именно с того, что люди создавали свои комитеты, требовали у местных властей, чтобы они что-то сделали, как-то решили их проблему. Местные власти понимали, что у них нет законодательной базы, начинали дергать центральную власть, центральная власть понимала, что от проблемы никуда не деться, создавали парламентскую комиссию по расследованию, она уже вырабатывала законодательство и так далее.

То есть может быть только работа снизу вверх. Без этого даже самые благорасположенные государственные чиновники ничего не сделают.

У них нет ни законодательной базы, ни подборки фактов, для того, чтобы применить закон к той или иной секте. Не будет жалоб людей, не будет этих фактов. И даже в тех случаях, когда можно было бы провести какой-то процесс против секты, часто нет фактов, которые доказывают нарушение устава со стороны той или иной организации, потому что люди не считают нужным жаловаться, считают, что это ни к чему не приведет, что это лишнее, что им никогда не ответят.

Пока это не изменится, другой ситуации не. То есть получить помещение под организацию, даже если она считается сектой, несложно? У них нет постоянного помещения, они сначала получили у Лужкова бесплатный гектар земли на Ленинградском проспекте, но тут поднялась общественность, которая стала протестовать. В какой-то момент я оказался на грани и думал о суициде: Нам выдавали целые банки с таблетками хлора на уборку после моей попытки таблетки стали выдавать поштучно.

К счастью, меня спалил сержант. Он, матерясь, засунул мне в рот два пальца, пытаясь вызвать рвоту, а потом потащил к начальству.

В итоге меня отправили к психологу, потом к психиатру, первая подтвердила наличие проблем, вторая — что все печально, но к службе годен. Я рад, что меня не списали по дурке. Благодаря врачам, старшине и сослуживцам сейчас я стал таким же, как и все нормальные люди. Есть еще над чем работать и что менять, но я намерен бороться до конца. В июне я демобилизовался и сейчас восстановился в техникуме.

Учусь на технолога общественного питания. Я продолжаю жить с мамой, общение у нас натянутое. Я по-прежнему играю в компьютерные игры, но реже: Я постоянно ищу, чем себя занять: Я казашка, мусульманка, никогда не была религиозной, но подростком заинтересовалась исламом.

Когда мне было 15 лет, я захотела научиться читать намаз, но не знала, с чего начать. Познакомилась с парнем, который научил меня всему, дал книги и лекции Саида Бурятского и познакомил с другими девушками. Мы созванивались, общались в интернете, пару раз в неделю собирались на съемных квартирах.

Родителям я говорила, что иду к подруге. Мы читали намаз, разговаривали про джихад, иногда созванивались с сестрами из других стран. Вечером я возвращалась домой, потому что родители не разрешали мне ночевать у подруг. Саид Бурятский был не только учителем, примером праведника, но и мечтой любой из наших. Мы мечтали выйти замуж за такого, как. Однажды девушки из нашей секты меня чуть не выдали замуж в Афганистан.

Туда уехал один из наших братьев по вере, я его лично не знала. За него и хотели отдать. Видимо, Бог реально существует, потому что я осталась у себя дома и спаслась. Я изучала лекции и книги и должна была распространять эти знания среди. Девушки разбирались в оружии не хуже парней. Для нас взорвать себя было путем в рай, мы думали, что делаем благое дело, уничтожая кафиров.

Я тоже мечтала уехать туда, даже деньги копила. Была одержима этой идеей. Для нас взорвать себя было путем в рай, мы думали, что делаем благое дело, уничтожая кафиров Я не считала, что это секта, хотя подруги-мусульманки пытались убедить меня в обратном.

Думала, раз весь мир против меня, значит, я права. У меня испортились отношения с родителями, я называла их кафирами. Я стала какой-то жестокой, бессердечной, а до секты была очень любопытной и веселой. Через пару лет я окончательно решила, что уеду на Кавказ, и даже купила билет, но родители поймали меня в аэропорту и насильно увезли домой.

Видимо, подруга им рассказала. Я месяц сидела под домашним арестом. В 19 лет я начала потихоньку осознавать, что мои подруги, которые все время говорили, что убивать беззащитных и невинных людей неправильно, правы. Да и в Коране нет такого приказа от Аллаха. Последствий для меня не было, так как я зашла не слишком. Окажись я в мусульманской стране, уйти от них было бы почти невозможно. Иногда меня посещали мысли о возвращении, я думала, что предала Аллаха, братьев, сестер и саму.

Я чувствовала себя потерянной. Родные и друзья меня не оставили, поддерживали, за что я им очень благодарна. Через полгода после ухода из секты я почувствовала себя более свободной. Мир снова стал казаться добрым и цветным.

С исламом у меня сейчас никаких отношений. Я стараюсь ни с кем не общаться на тему религии. Это очень больная тема для. Я проходила курсы у психолога. Друзья и подруги знают и не затрагивают эту тему.

Как распознать секту? 10 признаков, которые должны насторожить | Вопрос-Ответ | Аргументы и Факты

Я получила образование, работаю кондитером. Родители и друзья. Знаю, что несколько человек из нашей компании посадили. Не первый год работают с такими, как. Поэтому методика удержания отработана от и. Тебе объяснят, что ты сейчас — на низкой точке обзора. И того, что с тобой происходит, просто не можешь понять. Вот подрастешь — спасибо скажешь.

После — почти нереально. Первый — пахать без продыху, не смея поднять головы, наращивать капитал устроителям секты. Однажды ты перестанешь верить, но и сил уйти из секты уже не. Смысл жизни превратился в кучку задрипанных книжонок и дурацких слов. Да и не выпустят: Голодал, пахал от зари до зари. Второй вариант — заставлять пахать. Просто когда тебя берут на излом, можно не выдержать. Так что лучше не попадаться. Первый совет — не надо покупаться!

Присмотрись, посоветуйся с друзьями, подумай. Может, и расхочется куда-либо вступать. Для них самое главное — зацепить тебя за живое.

Доводы разума тут пустой звук. Поэтому лучше просто отойти подальше. И совершенно не обязательно сразу бежать в церковь креститься. Зато, разговаривая с любым сектантом, ты сразу вспомнишь: Рассядутся в доме, впущенные сердобольной бабушкой. Наш мир — это место, где кто-то постоянно пытается тебе что-то толкнуть. Памперсы, наркоту, сигареты, новый боевик, программу партии или рецепт похудания. И надо очень четко себе представлять: Нашлись добрые люди, обещают наладить твою жизнь, денег не просят.

Рыбы потому и попадаются на крючок, что мозгов. В секту попал близкий тебе человек. Теперь напрягись, будет не очень приятно: Оттуда, где хорошо, не уходят. Ты-то знаешь, что ему просто на первых порах выпендриваться позволяют.

А он не знает. Предлагая восстановить старую дружбу, ты как бы возвращаешь его в ситуацию дискомфорта.

знакомый зазывает в секту

Нужно строить совершенно новые отношения, а не пытаться в рамках старых убедить друга, что он не прав. К тому же словом с эмоциями бороться — дело заведомо гиблое… Короче, общий рецепт: К несчастью, простых способов найти управу на эту напасть не существует. Секты грамотно выстраивают процессы втягивания, внедрения.

У новичка быстро появляются новые знакомые, завязываются новые отношения. Секта легко никого не отдаст. Прорываться в секту, уговаривать, чтобы твоего друга отпустили, — бессмысленно.

Могут и тебя не отпустить. Против тебя будут играть всерьез. Причем в реальном времени: С какого-то момента возможностей влиять на твоего близкого человека у сектантов будет гораздо больше, чем у тебя, и по времени, и по силе. Изменения, которые будут происходить с новоявленным сектантом на этом пути, большей частью нерациональны. Не пытайся бороться с эмоциями с помощью слов. Потому что аргументы, которые ты найдешь, сектанты давно освоили.

У них наготове сотни ударных контраргументов.